Вы здесь

Предисловие редактора

Представляемая читателю работа петербургского исследователя М.И. Жиха посвящена изучению свидетельств  раннего славянского присутствия в Среднем Поволжье. Традиционно «именьковская проблема» была более чем полувековым спором археологов. Имеющиеся к настоящему времени историографические обзоры[1]позволяют представить сложный путь, который прошли исследователи именьковских древностей: от споров, связанных с самим фактом выделения отдельной археологической культуры;[2]поиском аналогий её элементам на широких просторах Центральной и Восточной Европы, Западной Сибири и даже Средней Азии; детальным изучением самой культуры и до дискуссий о языковой принадлежности племён именьковского круга. На последнем этапе интерпретации источников к археологам присоединились языковеды и собственно историки.

Работа М.И. Жиха продолжает начатую С.Г. Кляшторным традицию сопоставления выводов археологов, специалистов по именьковским древностям, с сообщениями восточных авторов, упоминавших в своих сочинениях о т.н. «сакалиба», «славянской реке» и «стране славян». Во введении автор характеризует основные направления современной историографии ранних славян Восточной Европы. Отразившееся в тексте первой главы профессиональное знание историографической ситуации в области археологии и лингвистики, умение анализировать сложные средневековые тексты  позволили автору прийти к самостоятельному заключению о проживании в середине Iтыс. н.э. на территории Среднего Поволжья славянского населения. Вторая глава посвящена анализу арабских сообщений о «славянской реке», которую М.И. Жих обоснованно связывает с Волгой. Вызывают интерес предложенные автором векторы дальнейших исследований по проблеме расселения славян в Восточной Европе в раннее средневековье. Специалисты в разных областях знаний наверняка найдут в труде Максима Ивановича дискуссионные моменты, что, учитывая междисциплинарность работы, понятно и даже ожидаемо.[3]

Думается, к изучению проблем именьковской культуры в будущем должны присоединиться этнологи, которые наверняка отметят «вольное» обращение археологов и историков с термином «этнос» и производными от него. Трактуя этнос в примордиалистском духе как единый реально существующий социальный или даже биологический организм с его «этнокультурной основой» и «этнокультурными связями», исследователи заходят в логический тупик, пытаясь к археологической культуре (по большей части, лишь инструменту классификации) «приписать» соответствующий этнос(ы), часто путая категории «этнос» и «языковая группа» (например, говоря о «славянской (равно как балтской, финно-угорской, тюркской и др.) этнической принадлежности носителей именьковской культуры»).

Конструктивистская теория[4]разрешает споры историков: родо-племенную группировку, сложившуюся в середине Iтыс. н.э. в Среднем Поволжье нельзя именовать «этносом»;[5]на территории именьковской культуры проживали общины, говорившие на разных языках, в том числе [пра]славянском(их); возможно, существовали необходимые для организации освоения значительных пространств, защиты от набегов врагов и т.д. надобщинные политические институты, граница влияния которых вряд ли совпадала с границами распространения археологической культуры. Эти положения согласуются с основанной на изучении вещественных источников и находящей всё большую поддержку среди специалистов-археологов точкой  зрения Д.А. Сташенкова о гетерогенности именьковского населения.[6]  

Надеюсь, что поставленные в работе М.И. Жиха и моём предисловии вопросы послужат стимулом для дальнейшей активизации изучения истории Среднего Поволжья середины Iтыс. н.э.  

 

Овчинников А.В.,

кандидат исторических наук




[1]Самый полный (на момент издания) обзор истории изучения и историографии именьковской культуры см: Матвеева Г.И. Среднее Поволжье в IV–VIIвв.: именьковская культура. Самара: Изд–во Самарского госуниверситета, 2004. 168 с.

[2]Старостин П.Н. О так называемых позднегородецких памятниках Среднего Поволжья // Труды Марийского НИИ. Вып. 13. Йошкар-Ола: Изд–во МарНИИ, 1964. С. 191–208. На мой взгляд, данная статья ещё не в полной мере осмыслена современными исследователями.

[3]О дискуссионности темы из новейшей литературы см.: Смокотина Д.В. Поход Марвана737 г. и проблема локализации Славянской реки  восточных авторов // Вестник Томского государственного университета.  2009. № 1(5). С. 110-122; Лифанов Н.А. Ещё раз о «славянах» на Волге и арабском походе на Хазарию // Археология Нижнего Поволжья: проблемы, поиски, открытия. Материалы IIIМеждународной Нижневолжской археологической конференции (Астрахань, 18-21 октября 2010 г.). Астрахань: Издательский дом «Астраханский университет», 2010. С. 305-309.

[4]Тишков В.А. Реквием по этносу: Исследования по социально-культурной антропологии. Москва, Наука, 2003. 544 с.

[5]Интересно замечание одних из ведущих российский этнологов В.А. Тишкова и В.А. Шнирельмана (Институт этнологии и антропологии РАН): «Ещё меньшую роль этничность, а тем более этнические сообщества (если таковые вообще существовали как самосознающие себя  по этому принципу социальные группировки людей) играли в древние времена, т.е. до эпохи средневековья. Тем не менее, российская исследовательница В.П. Буданова составила обширный реестр встречающихся в античных и раннесредневековых источниках групповых названий, представив их как карту реально существовавших народов-этносов эпохи «великого переселения народов»(ссылка: Буданова В.П. Варварский мир эпохи великого переселения народов. М., Наука, 2000.)» Тишков В.А., Шнирельман В.А. Как и зачем изучать национализм // Национализм в мировой истории / под. ред. В.А. Тишкова и В.А. Шнирельмана. М.: Изд–во «Наука», 2007. С. 22. А вот высказывание известного археолога В.В. Седова: «В древности этническая история была весьма сложной и мозаичной, что обусловлено различными миграциями, процессами метисации, ассимиляции и интеграции этносов. Археология знает культуры и моноэтничные, и полиэтничные, и характеризующие более сложные ситуации, и не соответствующие этносам, и вовсе неопределимые в этническом отношении. Хотя, конечно, современная археология в состоянии разобраться во всем этом многообразии» (Седов В.В. Этногенез ранних славян // Вестник РАН. 2003. Т. 73. № 7. С. 594-605).

[6]Сташенков Д.А. Об этнокультурных связях населения именьковской культуры // Славяноведение. 2006. N 2. С. 20-30; Вязов Л.А. Социально-экономическое развитие населения Среднего Поволжья в середине Iтысячелетия н.э. (по материалам именьковской культуры): Автореф. дис. … канд. ист. наук: 07.00.06. Казань, 2011. С. 9.