Вы здесь

Энгельс Фридрих

Энгельс (Engels) Фридрих (1820-1895), мыслитель и общественный деятель, один из основоположников марксизма. Родился в г. Бармен (ныне Вупперталь, Германия) в семье фабриканта. В 1841-1842, отбывая воинскую повинность в Берлине, посещал университет. В 1842 переехал в Манчестер (Великобритания), где работал в конторе фабрики; сотрудничал в «Рейнской газете». Встреча с Марксом в Париже в 1844 положила начало их дружбе. Энгельс активно участвовал в организации (1847) и деятельности «Союза коммунистов», вместе с Марксом написал программу Союза — «Манифест Коммунистической партии» (1848). В июне 1848 — мае 1849 вместе с Марксом издавал в Кельне «Новую Рейнскую газету», в 1849 участвовал в вооруженном восстании в Юго-Зап. Германии. В ноябре 1849 переехал в Лондон, в ноябре 1850 — в Манчестер, где работал в торговой конторе, с 1870 жил в Лондоне; Энгельс оказывал постоянную материальную помощь Марксу. Вместе с Марксом руководил деятельностью 1 Интернационала. После его смерти был советником и руководителем европейских социалистов. Основные труды: «Положение рабочего класса в Англии» (1845); «Святое семейство» (1845), «Немецкая идеология» (1845-1846), обе совместно с Карлом Марксом; «Крестьянская война в Германии» (1850); «Революция и контрреволюция в Германии» (1851-52); «Анти-Дюринг» (1878); «Происхождение семьи, частной собственности и государства» (1884); «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» (1886); «Диалектика природы» (1873-1882, опубликована 1925); «Крестьянский вопрос во Франции и Германии» (1894).

Энгельс Фридрих. Правительство и оппозиция во Франции

Итак, палаты собрались на сессию. Палата пэров покончила с делом Жозефа Анри, новоявленного цареубийцы, и теперь ей по обыкновению нечего делать. Палата депутатов усердно занимается проверкой правильности выборов своих членов и пользуется этим случаем, чтобы продемонстрировать те чувства, которые ее воодушевляют. Еще никогда в период после революции 1830 г. не выставлялось напоказ такое откровенное бесстыдство, такое пре-небрежение к общественному мнению, По меньшей мере три пятых депутатов — верные друзья министерства; иными словами, это либо крупные капиталисты, дельцы и спекулянты железнодорожными акциями с парижской биржи, банкиры, крупные промышленники и т. п., либо их покорные слуги. Нынешняя законодательная власть больше, чем любая предшествующая, является воплощением слов Лаффита, сказанных им на следующий день после июльской революции: «Отныне править Францией будем мы, банкиры». Она служит самым ярким доказательством того, что управление Францией находится в руках крупной финансовой аристократии, в руках haute bourgeoisie...

Энгельс Фридрих. Вопрос о прусском банке

Вам, вероятно, уже известно о том, что намерение прусского короля делать деньги из бумаги было признано неосуществимым. Двое из чиновников, ведающих государственными долгами, отказались поставить свои подписи на новых банкнотах, выпуск которых, по их мнению, означает новое увеличение государственного долга и, следовательно, должен быть гарантирован генеральными штатами. Фридрих-Вильгельм IV, желая показать, что он может получить сколько угодно денег, придумал теперь гораздо лучший план. Вместо десяти миллионов он хочет получить тридцать: двадцать миллионов бумажных денег и десять надежной, солидной золотой и серебряной монетой. Он предполагает собрать капитал в десять миллионов при помощи акций, «по которым, по-видимому, не будут выплачиваться дивиденды, а будет выплачиваться лишь 3 1/2 процента годовых и которые, чтобы не стать предметом спекуляции, будут передаваться в другие руки только в случае смерти владельца»!!!..

Энгельс Фридрих. Нарушение прусской конституции

В Пруссии имеется закон от 17-го января 1820 г., который запрещает королю делать какие бы то ни было государственные долги без санкции генеральных штатов, т. е. собрания, до сих пор еще, как хорошо известно, в Пруссии не существующего. Этот закон — единственная имеющаяся у жителей Пруссии гарантия, что они когда-нибудь получат конституцию, которая была им обещана еще в 1815 году. Вследствие того, что за пределами Пруссии не все знают о существовании такого закона, правительству удалось в 1823 г. занять три миллиона фунтов стерлингов в Англии — первое нарушение конституции. После французской революции 1830 г. прусское правительство, будучи вынужденным усиленно готовиться к войне, которая, казалось, должна была тогда вспыхнуть, и не имея денег, заставило «Общество заокеанской торговли»...

Энгельс Фридрих. Празднество наций в Лондоне (в связи с годовщиной провозглашения Французской республики 22 сентября 1792 г.)

«Какое нам дело до наций? Какое нам дело до французской республики? Разве мы не составили себе давным-давно понятие о нациях, разве мы не указали каждой из них соответствующее место, разве мы не отвели область теории немцам, политики — французам, а гражданского общества — англичанам? И вдруг — французская республика! Зачем чествовать то, что относится к ступени развития, которая давно преодолена, которая сама себя упразднила своими собственными последствиями? Если вы хотите сообщить нам что-нибудь об Англии, расскажите уж лучше о новейшей фазе, в которую вступил социалистический принцип, расскажите нам, продолжает ли односторонний английский социализм не понимать того, что он стоит много ниже нашей принципиальной высоты и что он может быть признан лишь моментом, да и то уже превзойдённым моментом развития!»

Маркс Карл, Энгельс Фридрих. Письмо редактору газеты «Times»

Уничтожение на континенте последних остатков независимой печати возложило на английскую печать почетную обязанность отмечать всякий акт беззакония и угнетения, совершаемый в этой части Европы. Разрешите мне поэтому посредством Вашей газеты довести до сведения публики факт, который показывает, что судьи в Пруссии стоят на совершенно той же ступени, что и политические слуги Луи-Наполеона. Вы знаете, каким драгоценным moyen de gouvernement* может явиться хорошо инсценированный заговор, если его преподнести в надлежащий момент. Прусское правительство нуждалось в таком заговоре в начале прошлого года, дабы сделать парламент сговорчивым. С этой целью был арестован ряд лиц и полиция была поднята на ноги во всей Германии. Но ничего не было обнаружено, после всех розысков полиция в конце концов задержала в кёльнской тюрьме лишь несколько человек под тем предлогом, будто они являются вождями широко разветвленной революционной организации. Это, в первую очередь, д-р Беккер и д-р Бюргерс, два господина, связанные с журналистскими кругами, д-р Даниельс, д-р Якоби и д-р Клейн— лица, занимающиеся медицинской практикой, из коих двое с честью выполняли тяжелые обязанности врачей попечительства о бедных, и г-н Отто...

Энгельс Фридрих. Англия

Ф. ЭНГЕЛЬС

АНГЛИЯ 94

I

Энгельс Фридрих. Политическое положение Швейцарской республики.

В королевских семьях в прежние времена обычно держали мальчиков для битья, которые пользовались почетным правом получать соответствующее число ударов по своей плебейской спине всякий раз, когда королевские отпрыски совершали то или иное нарушение правил хорошего поведения. Нынешняя политическая система Европы продолжает до известной степени эту традицию, создавая маленькие буферные государства, которые играют роль козлов отпущения при любых мелочных дрязгах, способных нарушить гармонию «равновесия сил». А для того чтобы эти мелкие государства могли с надлежащим достоинством выполнять столь завидную роль, они с общего согласия «собравшейся на конгресс» Европы 89 и по всем правилам торжественного церемониала были объявлены «нейтральными» государствами. Таким козлом отпущения, или мальчиком для битья, является Греция; такую же роль играют Бельгия и Швейцария. Единственное различие состоит в том, что эти современные политические козлы отпущения, в силу ненормальных условий их существования, редко удостаиваются порки совершенно незаслуженно с их стороны...

Маркс Карл, Энгельс Фридрих. Дело о ракетах.— Швейцарское восстание.

Пресловутый полицейдиректор Штибер приехал сюда несколько дней тому назад из Берлина в сопровождении полицейского лейтенанта Гольдхейма и советника уголовной юстиции Нёрнера со специальной миссией установить связь между «пороховым заговором» в Ротерхайте и заговором «калабрийских шляп» в Берлине* . Я знаю из частной информации, что названные лица собрались в Кенсингтоне, в доме Флёри и что бывший торговый служащий Гирш также присутствовал на этой встрече. На следующий день этот Гирш имел тайное свидание с русским консулом г-ном Кремером. Если ваши читатели помнят мою статью о кёльнском процессе, они сразу заметят, что за работу принялись те же самые люди, которые состряпали кёльнское дело. В субботу, 23-го сего месяца, начался судебный процесс: перед полицейским судьей на Боу-стрит, г-ном Генри, предстал г-н Хейл, владелец фабрики ракет в Ротерхайте, на которую правительством был наложен арест. В этот день судебные прения вращались лишь вокруг вопроса о том, являлись конфискованные взрывчатые материалы порохом или нет. Г-н Генри, откладывавший свое решение до вчерашнего дня, сейчас объявил, вопреки мнению известного химика, г-на Юра, что эти материалы являются именно порохом...

Энгельс Фридрих. Что будет с европейской Турцией?

Мы видели, как государственные мужи Европы из-за упрямого невежества, традиционной рутины и унаследованной лености мысли избегают даже попытки дать ответ на этот вопрос. Абердин и Пальмерстон, Меттерних и Гизо, не говоря уже об их республиканских и конституционных преемниках периода 1848—1852 гг., имена которых никогда не будут упомянуты потомством, — все отчаялись найти какое-либо решение этого вопроса. А тем временем медленно, но неуклонно, шаг за шагом подбирается к Константинополю Россия, невзирая на все дипломатические ноты, интриги и маневры Франции и Англии. И хотя все партии во всех странах Европы признают этот факт постоянного продвижения России, тем не менее ни один из официальных государственных деятелей не сумел его объяснить. Они видят влияние этого факта, видят даже его конечные последствия, но причина все же остается для них скрытой, несмотря на то, что все объясняется очень просто. Могущественным стимулом, толкающим Россию к овладению Константинополем, является не что иное, как то самое средство, при помощи которого имелось в виду удержать ее от этого, то есть пустая и никогда на деле не проводившаяся теория сохранения status quo...

Энгельс Фридрих. Турецкий вопрос.

Лишь с недавних пор западноевропейская и американская публика получила возможность составить более или менее правильное суждение о турецких делах. Турция была до греческого восстания 35 во всех отношениях terra incognita* , и распространенные о ней среди публики банальные представления покоились больше на сказках из «Тысячи и одной ночи», чем на исторических фактах. Правда, официальные дипломатические представители, побывавшие в Турции, хвастались, что они обладают более точными знаниями; но и эти знания были ничтожными, так как никто из этих официальных лиц не потрудился изучить турецкий, южнославянский или новогреческий языки и все они без исключения полагались на тенденциозные сообщения переводчиков-греков и франкских** купцов. К тому же эти праздные дипломаты постоянно тратили свое время на всевозможные интриги. Похвальное исключение составляет среди них только Йозеф фон Гаммер, немецкий историк Турции. Эти господа нисколько не интересовались народом, учреждениями и общественным строем страны; они занимались только двором и, в особенности, греческими фанариотами 36, хитрыми посредниками между двумя сторонами, из которых каждая была одинаково не осведомлена относительно действительного состояния сил и ресурсов другой...

Страницы

Подписка на RSS - Энгельс Фридрих